Tags: образование

Ярик фото

Зачем нужно религиоведение?


Побывала в четверг на лекции нашего священника в интеллектуальном клубе. Лекция была на тему "Дискуссия мировоззрений: понять или победить". В области дискуссий с представителями других религий и взглядов вообще наш батюшка - специалист. И дипломная работа, вроде бы на эту тему была, и книжку заказали написать. Это касается как разговоров с представителями различных конфессий, так и верующий vs. атеист (материалист).

Если в двух словах, суть её была в том, чтоCollapse )
Ярик фото

Дети не читают

Хотите простое подтверждение этой статьи? )))
Большинство статей Олега Александровича, которыми я делюсь, никто из вас не читает и не комментирует. Потому что они объёмные, содержат много непонятных слов, и в них нет картинок.
А зря, статьи очень интересные, я в ЖЖ перепосты делаю в самых крайних случаях.
Ну... вот вам хотя бы КДПВ )))



Оригинал взят у olegchagin в Дети не читают
«Дети не читают, дети не читают…» – наверное, это наиболее часто обсуждаемая образовательно-воспитательная проблема нашего времени. При этом причины явления либо даже не упоминаются, либо не рассматриваются, либо (если уж рассматриваются) носят до бредовости притянутый за уши характер. Если обобщить такое притягивание за уши, получается, что во всем виноваты современные медиасредства. Первое ключевое слово – «проще». Проще смотреть, чем читать; проще слушать, чем читать; проще вообще ничего не делать, чем читать. Второе ключевое слово – «неинтересно». Неинтересно читать. Так же, как неинтересно думать, делать. Только не надо никого спрашивать, что такое «просто» или что такое «интересно». В таких случаях «крышу сносит» не только у детей, но и у взрослых. «Как, вы не понимаете, что такое «просто»?» «Интересно – это когда, ну… есть интерес». Что же такое происходит с детьми, что в подавляющем большинстве они наотрез отказываются читать? Ведь некоторых заботливые родители чуть ли не с колыбели обучают чтению!

И во-первых, и во-вторых, и в-третьих (если такое найдется) причина «нечтения» у детей (а потом – и у взрослых) одна: они не знают слов. То есть просто их не понимают. Представьте себе, что вы пишете в своем компьютере слово «заяц». Через «тс» и «ю». Что-то вроде «заютс». Редактор не распознает это слово, нет его такого в редакторе. И компьютер его «помечает» – подчеркивает и, бывает, еще пищит. Исправляете (если понимаете, что не «заютс», а «заяц») и пишете дальше. Пока снова не напишете «кульбадос» вместо «самогон». Но если это происходит при написании каждого или хотя бы каждого второго слова, если эти в принципе не понимаемые вами слова упорно подчеркиваются и пищат дурным компьютерным голосом, вы быстро бросите безнадежное и бессмысленное писательство. То же самое происходит и с чтением: ведь что такое чтение, как не переписывание текста на другой носитель и последующее его воспроизведение. Вот и не переписывают дети в сознание непонятные слова и не могут их воспроизводить. А потому отказываются от участия в этом бессмысленном процессе.
Collapse )
Ярик фото

О школьных технических кружках и конкурсах

Оригинал взят у olegchagin в О школьных технических кружках и конкурсах
В интервью «Умные студенты вырастают из увлечённых школьников», опубликованном недавно на сайте Всероссийского студенческого форума, я говорил, что «единственный способ повысить уровень заинтересованности студенчества – вести работу со школьниками, а это заключается в организации в школах разнообразных технических кружков профильными предприятиями и проведении огромного количества конкурсов на муниципальном, городском и общероссийском уровнях». Мне представляется важным развить этот тезис и предложить конкретный механизм работы с детьми.

Александр Зуйков: «В технике за последние двадцать лет произошёл огромный скачок, не вполне ещё отражённый в образовательной системе, а это означает, что период созревания студента до уровня хорошего специалиста должен увеличиться»

Справка STRF.ru:
Зуйков Александр, аспирант кафедры «Компьютерные системы и технологии», сотрудник Студенческого конструкторского исследовательского бюро № 6 Национального исследовательского ядерного университета «МИФИ». Член президиума Российского союза студенческих организаций (РССО)

Чтобы стать хорошим техническим специалистом, требуется время. В лучшем случае на это уходит десять лет, начиная со школьного возраста: 5 класс (11–12 лет) – выпускник вуза (21–22 года). При условии, что в этот период человек посвящает своему увлечению много свободного времени.

В Советском Союзе у школьника было много возможностей увлечься каким-то из технических направлений, а любой выпускник технического вуза ещё лет пять осваивал профессию в каком-либо НИИ до уровня хорошего специалиста. То есть обучение занимало порядка 15 лет. У современной молодёжи этого времени нет, что влечёт за собой большие проблемы.
Collapse )
море

"Много вузов", - сказал Иванов.

Хороший Рысин пост :)
Осбенно понравилось:
"В наши дни они представляют собой что-то вроде детского сада – только не для дошколят, а для вполне половозрелых особей. Это камера хранения, пункт передержки молодняка и одновременно место социальной адаптации этого самого молодняка."

и "По существу дела, вузы – это способ переложить на родителей выплату пособия по безработице."

Оригинал взят у domestic_lynx в "Много вузов", - сказал Иванов.
В эти жаркие летние дни вчерашние школьники, отплясав на выпускных балах и получив на руки результаты ЕГЭ, дружно потянулись в вузы. Настолько дружно и массово, что можно патриотически возгордиться: мы – чемпионы по охвату населения высшим образованием. До такой степени чемпионы, что в публике назревает мысль: вузов у нас как-то того… чересчур много. И то сказать, в каждой подворотне, в каждой складке местности угнездился какой-нибудь финансово-культурологический или лингвистко-политологический университет. Каких только вузов не придумано за годы плюрализма и прав человека – и все находят свою клиентуру.

Был такой курьёзный случай. Я уж лет пять пишу на темы образования и его нелепостей, и вот как-то раз с чисто пародийными целями выдумала я такой вуз - «эколого-политологический университет»: мне казалось, что это очень забавное соположение. И что же? Иду я раз по улице, где-то, кажется, в районе Павелецкой, и вижу: он! Эколого-политологический. Я даже очки протёрла: уж не померещилось ли? Нет, всё так: эколого-политологический. И тут я принимаюсь идиотски хохотать - стою, смотрю на вывеску и хохочу. Наверное, меня приняли за сумасшедшую.

Сейчас уже и до начальства стало доходить: вузов и впрямь чересчур. Вот и Сергей Иванов, глава президентской администрации, около месяца назад, выступая в Петербургском университете, заявил: «Могу вам сказать открыто, я считаю, что в Российской Федерации слишком много вузов. Номинальных вузов». Он напомнил, что 94% получают высшее образование в России: «А кто сказал, что это хорошо? Я не уверен. Я уж не говорю о том, какое это образование по качеству».
Иванов посетовал, что есть немало вузов, которые «существуют только для того, чтобы выдавать диплом». «Сейчас, конечно, министерство образования стало наводить порядок, но проблема существует», — заключил он. Боюсь предполагать, что значит порядок по-министерски, но что в деле одипломливания населения мы заехали куда-то не в ту степь – это факт.

Чтобы выехать на верную дорогу, нужен в первую очередь прямой взгляд на вещи. Его, к сожалению, нет почти ни в чём.

Когда говорят, что институтов слишком много, то тут же торопливо добавляют что-то в том роде, что слишком много плохих вузов. А нам-де нужны хорошие. Любят приводить курьёзные примеры плохих вузов. Вот показали недавно по телевизору девицу, выпускницу какого-то то ли юридического, то ли экономического вуза. Ей задают вопрос: «Кто написал «Капитал»? – «Путин что ли?» - гадает девица. Считается, что эта картинка свидетельствует о крайне низком уровне подготовки девицы, а потому институт, где она училась, надо закрыть.

Считается, что надо превратить плохие вузы в хорошие – и всё будет в порядке. Я не хочу обсуждать методы, с помощью которых намереваются улучшать плохие вузы – например, с помощью слияния очень плохих с плохими, но не очень. В результате надеются получить хорошие. Но я не об этих инновационных методах. Я – о принципе.

А принцип – вот он.

Если 94% молодёжи получают высшее образование, оно не может быть никаким иным, как плохим. И это положение нельзя изменить никакими средствами. Потому что оно коренится в самой природе вещей.

В духе всеохватной, всепроникающей, безудержной политкорректности велено всех людей считать равными и одинаковыми и в силу этого равно способными к высшему образованию. Но природу-то не обманешь! Подлинное высшее образование, т.е. освоение высших достижений человеческой мысли и – главное! – приобретение способности производить новые знания – вот такое образование способны получить процентов десять населения. Остальные просто не предрасположены к нему по своим умственным дарованиям. Это биология, детка.

Вообразим, что поставлена задача преподавать мне (лично мне) ядерную физику. Поднять меня до уровня ядерной физики - нельзя никакими средствами, даже наняв мне сорок тысяч репетиторов. Единственный выход – опустить ядерную физику до моего уровня. Именно это и происходит в массовом высшем образовании. Оно опускается до уровня массового человека. Образование всегда ведётся на уровне самого малоспособного ученика в данной аудитории.

Все старые вузовские преподаватели, работающие несколько десятилетий, отмечают нарастающую примитивизацию преподавания. То самое предсмертное упрощение, о котором говорил когда-то Константин Леонтьев. А что прикажете делать, если велено учить – всех подряд?

То же происходит и в Германии, например. Т.Сарацин в своей скандальной книжке «Германия: самоликвидация» пишет, что прежде в гимназии (это в Германии единственный вид школы, готовящий к университету) шли процентов двадцать выпускников начальной школы. Теперь, в эпоху прогресса и прав человека, - идёт 80. Результат – неуклонное понижение уровня преподавания в университете. И это, по мнению автора, вносит важный вклад в «самоликвидацию» германской цивилизации.

Долгое время считалось: чем больший процент населения охвачен в/о – тем лучше. Кашу маслом-де не испортишь. Ещё как испортишь! Поговорку про кашу придумали люди, которые вдоволь масла не едали, а потому и слыхом не слыхали про ожирение и склеротические бляшки. Точно так и с образованием. Когда-то на заре советской власти мы прекраснодушно мечтали: вот сегодня у всех будет начальное образование, потом – среднее, а там – и до высшего доберёмся. И – воспарим! Не воспарили. Оказалось, что при высшем образовании, близком ко всеобщему (а 94% - это практически всеобщее) происходит что-то вроде «порчи монеты»: в монете становится меньше серебра, а в дипломе – всё меньше образования.


Собственно, вузы постепенно перестали быть учреждениями профессиональной подготовки. В наши дни они представляют собой что-то вроде детского сада – только не для дошколят, а для вполне половозрелых особей. Это камера хранения, пункт передержки молодняка и одновременно место социальной адаптации этого самого молодняка. Побыть в приличном обществе, где с кафедры раздаётся более-менее грамотная речь без обычных в окружающей среде матюков, почитать хотя бы перед экзаменами какие-никакие учебники, скачать из сети не порнуху и не известия об автомобилях или модном в данном сезоне макияже, а нечто умственное – вот для чего люди ходят в вуз. Ну и конечно – получение отсрочки от армии и диплома, наличие которого есть conditio sine qua non каждого приличного человека. Собственно, работодатели, требующие от претендентов на рабочее место, хотя бы и киосочной продавщицы, любого диплома, именно так и понимают дело. Человек с в/о – это минимально приличный, цивилизованный человек – ничего более. Диплом при приёме на работу требуют просто чтобы отсечь обитателей дна, которых становится всё больше.

Если кто-то полагает, что это только у нас так, а за границей не так, он ошибается. Более-менее так – везде. Обычный европейский школяр идёт изучать экономику или юриспруденцию. Почему? Да так… Нечто универсальное, авось пригодится. По окончании выясняется, что никому он не нужен (и то сказать, в Южной Европе половина молодёжи – безработная), то почасту идёт получать второе образование: если сначала была экономика – идёт на юриспруденцию, и наоборот. У меня много знакомых в Западной Европе: вот так они именно и живут. Только валандаются они с образование чуть не до тридцати лет; наши всё-таки пораньше заканчивают. Помню, когда мой сын заканчивал вуз, его ровесница из Германии, дочка наших поставщиков, едва приступила к высшему образованию. По существу дела, вузы – это способ переложить на родителей выплату пособия по безработице. Но на Западе всё-таки жизнь богаче, и они могут себе это позволить.

Результат всеобщего высшего образования мы видим повсеместно и повседневно. Золотые юные годы человек тратит на поверхностное ознакомление с каким-то не приложимыми ни к чему материями, при этом он не осваивает никакого внятного умения. В результате годам к 23-25 он часто вообще ничего не умеет. Постоянные аварии, общая несуразица жизни – отсюда: в ней, жизни, орудуют неумехи. Такие, знаете, ясноглазые, позитивные, иногда владеющие английским и навыками селф-промоушена, неумехи.

А что же надо?

В первую очередь понять, что для большинства производимых в обществе работ нужно иметь твёрдое среднее специальное образование. Это вовсе не суррогат «для дураков», как было принято считать в те времена, когда я заканчивала школу. (Тогда выпереть кого-то в ПТУ считалось наказанием и большинство уже тогда ориентировалось на вуз). Среднее специальное образование – это профессиональная подготовка, ориентированная на практическую деятельность по известным прописям. Не создание чего-то нового, а исполнение известного – профессиональное, мастеровитое исполнение. Именно таких работ в народном хозяйстве больше всего. И людей, способных к такому образованию, - больше всего. И склонных к такого рода деятельности – тоже большинство. Это в широком смысле – техник. Таким «техником» является медсестра, учительница начальных классов, акушерка, электрик, да мало ли кто. Сегодня многие подобные работы исполняются поневоле людьми с высшим образованием. На складе у нас большинство с высшим, выдавальщицы товара, не говоря уж о выбивальщицах накладных – тоже с высшим. Офисные сидельцы - поголовно с высшим. И делают они свою работу не лучше, а хуже, чем специально обученные техники, т.к. в голове их пузырится дурно переваренная теория и нет практических знаний и навыков. Моя бабушка-учительница говорила, что начальную школу загубят учительницы, приходящие из вузов. Помню, как она говорила: «Умеют рассуждать про Песталоцци, а с детьми поиграть не умеют». Так и произошло.

Мало того. В их жизни постоянно присутствует фон раздражения: я-де менеджер по внешнеэкономическим связям, а меня – на склад ящики передвигать. Экая несправедливость! При этом он и не менеджер, и не складской работник, а так… перекати-поле.

Пускай молодой человек получит среднее специальное, поработает, потренируется, ощутит себя работником и профессионалом, пускай почувствует недостаток знаний для дальнейшего профессионального роста, вот тогда пускай идёт доучиваться до высшего образования. Человек, у которого накопились профессиональные вопросы, учится совершенно не так, как тот, кто просто прослушивает и пересказывает лекции. Я как-то читала воспоминания хирурга, который попал на Великую Отечественную после 4-го курса. Ну, работал как-то под руководством старших товарищей, оперировал, спасал раненых. А потом их отправили доучиваться. "Как же мы учились!" - вспоминает врач. Уже не было такого понятия: интересно-неинтересно. Всё было захватывающе интересно: ведь на занятиях давались ответы на те вопросы, которые уже поставила перед ними жизнь. Это, конечно, жесткий экстрим, но принцип, надеюсь, понятен.
Сколько будет тех, кто потом будет получать высшее образование? Ну, процентов 10-15, я думаю. А больше и не нужно.

Человеческий ум консервативен: привычное кажется единственно правильным и возможным. Мы, например, привыкли, что для преподавания иностранного языка необходимо высшее образование – ин-яз там какой-нибудь, лингвистический, не к ночи будь помянут, университет. На самом деле, техникум тут – за глаза и за уши. Если выпускнице техникума дать в руки хороший учебник, то она за милую душу будет долбить все эти «комплекс обджекты» и «паст индефиниты». Главное достоинство учительницы языка – способность бесконечно повторять одно и то же, не испытывая злокачественной скуки. Я сама давала уроки английского, учась на первом курсе ин-яза, и вполне успешно. До революции этим делом занимались барышни из небогатых семейств с дипломом домашней учительницы. Они же работали гувернантками. И никому в голову не приходило считать их гувернантское образование – высшим. И не нужно оно для такой простой, механической работы. А теперь – ах, ин-яз! Ах, лингвистика! Смешно…

Отдельного обсуждения заслуживает нелепое разделение образования на бакалавриат и магистратуру. И конечно же – злокачественная гуманитаризация образования. Об это – в следующий раз.
море

ФЗУ

Простите великодушно за такое количество перепостов, но сегодня в ленте прям, что ни пост, то интереснятина :)

Оригинал взят у olegchagin в ФЗУ
Сегодня я начну новый, и, если будет читательский интерес, длинный цикл статей о повседневной жизни людей в сталинском СССР. И не за весь период, а только за предвоенный. Точнее – это 1939, 1940 и начало 1941 года. Объясню свой выбор. В процессе работы над книгой «Повседневная жизнь первоуральцев в годы Великой Отечественной войны» я накопил большое количество материала о стране в целом. И однажды у меня возникла мысль: а каким бы был сталинский СССР не случись второй мировой войны?

Я думаю ответить на этот вопрос в полном объеме невозможно. Но основные черты увидеть можно в том каким был Советский Союз в 1939 – 1940-м и начале 1941 года.
Почему этот период?
Потому что начало 1939 года было по существу последним периодом, когда СССР ещё не проводил масштабных мобилизационных мероприятий готовясь к войне. Летом 1939 года мобилизационные мероприятия масштабно ощутило население. Далее мобилизационные мероприятия шли по нарастающей.

Даже многие профессиональные советские историки начинают отсчет мобилизационных мероприятий в СССР с создания Государственного комитета обороны летом 1941 года.
Это не правильно.
Народ мобилизационное напряжение почувствовал ещё летом 1939 года. Незадолго до нападения 1 сентября 1939 года Германии на Польшу, хотя наиболее чувствительные для населения довоенные мобилизационные мероприятия произошли всё же в 1940-м году.

Это в полной мере касается и школ фабрично – заводского ученичества (ФЗУ).
В 1939 году ФЗУ были очень популярными среди молодежи.
Учеба в ФЗУ была исключительно добровольной, учащиеся жили интересной общественной и культурной жизнью.
Учащиеся ФЗУ обеспечивались питанием, стипендией и общежитием.
Кого попало в ФЗУ не брали.
Право учиться в ФЗУ надо было заслужить!

Чтобы читателю было понятно какими соблазнами заманивали подростков в ФЗУ приведу несколько объявлений из первоуральских газет 1939 года:

«ФЗУ Новотрубного завода объявляет набор учащихся: токарей – 30, слесарей – 60, волочильщиков – 30, электриков – 60. Принятые обеспечиваются общежитием, стипендией от 55 до 143 рублей. Принимаются лица от 15 до 18 лет с образованием 7 классов. Подавшие заявление должны пройти испытания по русскому языку, математике, физике и химии».

А вот как принимали в школу ФЗО Динасового завода:

«Обучение слесарей, прессовщиков, дробильщиков. Принимаются лица от 16 лет с образованием не ниже 6 классов. А так же (школа) готовит счетоводов. Образование – не ниже 7 классов. Принимаются лица от 17 лет. Срок обучения 6 месяцев. Стипендии счетоводам – 125 рублей».

Заметьте в ФЗУ Новотрубного завода тогда было поступить сложнее, чем в современный университет!!! Аж четыре экзамена!

Помимо того, что учащиеся ФЗУ обеспечивались хорошей стипендией, жильем, спецодеждой и питанием, предприятия ещё организовывали их досуг.

Вот еще несколько выдержек из первоуральских газет:
«Ребята из ФЗУ ПНТЗ посетили Кунгурскую пещеру с экскурсией на деньги завкома».

И ещё:
«60 ребят из ФЗУ Динасового завода летом 1939 года ездили отдыхать в различные дома отдыха. Несколько человек из них побывали в прославленном всесоюзном пионерском лагере «Артеке», а еще несколько человек – в санатории им. Октябрьской революции в Одессе».

К сожалению международная обстановка продолжала ухудшаться и 2 октября 1940 года президиум Верховного Совета СССР издал указ согласно которому наркоматы и предприятия получили возможность мобилизовывать молодежь в железнодорожные училища, ФЗУ, ремесленные училища в порядке призыва.

Принудиловка сразу изменила отношение населения к ФЗУ.

Из ФЗУ участились случаи самовольных уходов. Государство отреагировало карательными мерами. Указом президиума Верховного Совета СССР от 28 декабря 1940 года предписывалось учащихся ремесленных, железнодорожных училищ и школ ФЗО за самовольный уход из училища, а также за систематическое и грубое нарушение школьной дисциплины, повлекшее исключение из училища, подвергать по приговору суда заключению в трудовые колонии сроком до одного года.

Именно поэтому школы фабрично-заводского ученичества до сих пор в исторической литературе имеют столь неоднозначную репутацию – до осени 1940-го года – это было дело добровольным, престижным, а потом – принудительным и не желанным.

Современному читателю преподносят данные негативные обстоятельства вне контекста. И пропагандистский прием срабатывает – подавляющее большинство не знает реалий довоенного СССР.

Кстати, я именно поэтому и назвал данную серию постов «Забытый СССР».

Надо сказать и современники воспринимали эти шаги государства крайне не однозначно. Внешняя политика СССР в тот момент была двойственной. С одной стороны фашизм признавался главным врагом всех советских людей, с другой – СССР всячески старался задобрить Германию, чтоб избежать войны.

Многие в то время международных реалий не понимали и к шагам сталинского правительства относились крайнее критически. Писатель Юрий Слепухин в автобиографическом романе «Перекресток» приводит такой эпизод, якобы записанной старшеклассницей, комсомолкой в своем личном дневнике:

«Вчера вышел приказ No 1 Главного управления трудовых резервов: о распределении контингентов призываемых по областям. На нашу область падает 15 тысяч — 7000 человек в ремесленные училища, 700 в железнодорожные и 7300 в школы фабрично-заводского обучения. Все гадают — кто попадет в число тех «пятнадцатитысячников». Впрочем, призывать будут, кажется, гл. обр. шести— и семиклассников. Девочек тоже!
Вечером мы с Сергеем и Володей были у Николаевых. Таня начала говорить, что это жестоко — призывать насильно таких детей, не считаясь с их планами на будущее, и т.д. В конце концов Алекс. Сем. на нее накричал — я еще никогда не видела его таким возмущенным. Он сказал, что нужно же хоть немного понимать, чем это вызвано. Мы живем сейчас как на вулкане, оборонной промышленности нужны миллионные кадры специалистов, и вообще это не идет ни в какое сравнение с тем, что переживает сейчас молодежь в Западной Европе. Мне от его слов стало жутко. Я действительно до сих пор просто и не подумала, что эта мера вызвана подготовкой к войне, и вообще совершенно не думала о том, что война может захватить и нас».

Если бы не война, то учащиеся ФЗУ и в 1940-м и в 1941 и во все последующее года, ездили бы на пляжи Черного моря, получали нехилые стипендии, и ребята ломились бы в ФЗУ, как сейчас на самые престижные факультеты…

Я думаю, что даже из этих немногих примеров можно понять каким бы был сталинский СССР, если бы европейцы при активном содействии американцев и японцев не разожгли второй мировой войны.

Продолжение следует…


http://gusev-a-v.livejournal.com/483969.html
Юля фото

День ФЭУ

В субботу по приглашению нашего любимого душевного препода по высшей математике, Анатолия Михайловича Холоденко, посетила концерт ко Дню факультета в родном Водном универе (ОНМУ). В этом году специально сделали два концерта: в четверг для студентов днём, и в субботу для выпускников. Я не понаслышке знакома с этими мероприятиями, поэтому прекрасно знала, чего ожидать, какой примерно уровень обычно у выступающих, и шла посмотреть, кто там сейчас, что там сейчас, чем живёт и дышит универ.

aaaaaa
Вот я в компании своих красивущих бывших сокурсниц и того самого Анатолия Михайловича.

Всё было мило: песни, танцы, КВН, - всё как обычно. Из новшеств - видеоролики от выпускников, которые разъехались по разным странам и устроили свою жизнь и карьеру.
А в какой-то момент я словила себя на мысли, что выступающих очень мало, одни и те же ллюди на сцене тусются из номера в номер. И эту мысль как раз раскрыли ведущие и певцы в следующем номере. Оказалось, что дошло до того, что на всём факультете осталось всего три бюджетных места на поток!!! Когда я поступала, у нас было 40 бюджетных мест на специальности "Менеджмент организаций" и 20 бюджетных мест на "Экономике предприятий". А теперь три!!!!! А выпускали, между прочим, толковых ребят. Я при трудоустройстве не раз слышала, что выпускники Водного хорошие, лучше, чем экономисты из Нархоза или Мечникова. И рабочих мест для них в своё время хватало. Сразу после окончания легко было найти работу, и зарплату давали 300-500 долларов со старта. И что сейчас? Убили отрасль, убили подготовку специалистов по ней, и преподавательский состав тоже сокращают. По словам того же Анатолия Михайловича, тем из преподавателей, у которых закончился их пятилетний контракт с университетом, его не продляют. И на их место никого не берут. Пустеет университет :(
Вот и выступающих с трудом удаётся нашкрябать со всех потоков горстку.

Возродится ли ещё когда-то мой универ и факультет или я была одной из последних, кто застал его на относительном подъёме?
Юля фото

ПТУфобия

Друзья-товарищи, объясните мне пожалуйста, что это за учебное заведение?

ИПТ

Институт I уровня аккредитации? Кстати, правильно аккредитации, а не аттестации. Но всё равно, как это может быть? Цитирую Вам Закон Украины "Об образовании":

Статья 43. ВУЗы
1. Вузами являются: техникум (училище), колледж, институт, консерватория, академия, университет и другие.

2. Согласно статуса высших учебных заведений установлено четыре уровня аккредитации:
- Первый уровень - техникум, училище, другие приравненные к ним высшие учебные заведения . - Второй уровень - колледж, другие приравненные к нему высшие учебные заведения.
- Третий и четвертый уровни (в зависимости от последствий аккредитации).
- Институт, консерватория, академия, университет.

То есть, либо это институт Третьего-четвёртого уровня аккредитации, либо это училище первого уровня аккредитации.

Проблема, конечно, в том, что в послесоветские времена жутко непрестижно стало называться училищем или ПТУ. То есть, даже если ты учишься на парикмахера, косметолога, бухгалтера или секретаря (а там предлагаются как раз такие специальности), то обучаешься ты всё равно в "Учебном центре "институт профессиональных технологий". Бедные основатели ПТУ просто не знают, как выглядеть и звучать поприличнее и набрать побольше абитуриентов.

Почему перестал быть престижным простой труд? Почему поступить за деньги в универ на юриста, экономиста или в Политех на !!!гуманитарный!!! факультет, платить там за экзамены на протяжении 5 лет, выпуститься и не знать, куда пойти работать, потому что в гробу видел свою специальность, - это нормально? А пойти после 9 класса в ПТУ и через год два работать поваром, пекарем, токарем, слесарем, электриком, которые, кстати, всегда востребованы, а особенно в большом городе - непрестижно. А ведь менеджеры менеджерами, а кушают, стригутся или ремонтируют какие-то вещи люди всегда, а соответственно, остаться без работы с такими специальностями даже сложнее.

Я помню в детстве стихотворение Маяковского читала "Кем быть?"

Книгу переворошив,
намотай себе на ус -
все работы хороши,
выбирай
на вкус!

Правда, в советское время за простой физический труд нормально платили. Так что перекладывать бумажки со стола на стол было проще, но и стоило дешевле. А на заводе работали за хорошую большую зарплату, хоть и тяжело. Неплохо бы и эту закономерность вернуть.

А может быть, она и есть? Может быть я не в курсе просто? На танцах у нас девочка парикмахером работает. дома у себя клиентов принимает и посещает все мастер-классы танцевальные, все танц.лагеря, даже зарубежные. Так может всё с заработком и сейчас нормально, просто руки надо иметь из нужного места?

Давайте снова, размышляя об идеальном мире, какой мы хотели бы видеть, поделимся мыслями, как сделать престижным простой труд, снизить количество немотивированных студентов в институтах и университетах и повысить набор в училищах и техникумах.